Вера Полозкова - афигительная!

Слишком больно в сомненьях метаться. Если счастье омыто слезами Я могу от него отказаться… Счастье, детка — это другие тётёньки, волчья хватка, стальная нить. Сиди тихо, кушай антибиотики и, пожалуйста, хватит ныть. Чёрт тебя несёт к дуракам напыщенным, этот был циничен, тот — вечно пьян, Только ты прополота каждым прищуром, словно мученик Себастьян. Поправляйся, детка, иди с любыми мсти, Божьи шуточки матеря Из твоей отчаянной нелюбимости можно строить концлагеря. Я умею жить что в торнадо, что без торнадо. Не насильственной смерти бояться надо, А насильственной жизни — оно страшнее Поживи для себя, поправься, разбогатей, А потом найди себе там кого-нибудь без затей, Чтоб варить ему щи и рожать от него детей, А как все это вспомнишь — сплёвывать и креститься. Мол, был месяц, когда врубило под тыщу вольт, Такой мальчик был серафический, чайльд-гарольд, Так и гладишь карманы с целью нащупать кольт, Чтоб когда он приедет, было чем угоститься. Он ей врёт, потому что якобы бережёт А она возвращает ему должок У него блэк-джек, у неё какой-то другой мужик Извини, дружок

Вера Полозкова

Запереть меня в дальней из комнат Своей памяти и, не браня, Не виня, позабыть и не вспомнить. Только я не из тех, что сидят по углам В ожидании тщетном великого часа, Когда ты соизволишь вернуться к ним - там, Где оставил. Темна и безлика их масса, - Ни одной не приблизиться к главным ролям. Я не этой породы. В моих волосах Беспокойный и свежий, безумствует ветер, Ты узнаешь мой голос в других голосах - Он свободен и дерзок, он звучен и светел, У меня в жилах пламя течет, а не кровь, Закипая в зрачках обжигающим соком.

А ревность не связана со взглядами посторонних мужчин. У Веры Полозковой на эту тему гениально написано:"То, чего не имеешь.

Я слежу за тобой по картам. Я иду за тобой по стрелкам. Между строк, по чужим ухмылкам, По аккордам, по первым звукам — Я хожу за тобой по ссылкам, Я читаю тебя по буквам; Терпкой кожей своей барханьей, Ты ведь чуешь мое дыханье, Обжигающее затылок? Гасишь фары и дышишь тяжко? Позабыв, что твои маршруты — Все мои: Закольцованы, как в цепочке, И, как звенья, литы и жестки.

Автор — екатеринбургская поэтесса Яна Александровна З. Из биографии Яны мы узнаём, что её мать — педагог-филолог, почётный работник образования, поэтесса. Но гены взяли своё, и руки потянулись к перу. Вашему вниманию — несколько шедевров. Если кто-нибудь объяснит, в каком контексте упомянуты помидоры, буду признательна.

Он такой красивый, помутился разум… Чёрный ангел Дима — я влюбилась сразу.

«ревность» и ещё много песен, которые мы слушали даже не на Как метко написала Вера Полозкова: «Счастье – это когда ты.

И я постою в кабине, пока в виске Не стихнет пальба невидимых эскадрилий. Счастливая, словно старый полковник Фрилей, Который и умер — с трубкой в одной руке. Встречаемся, опрокидываем по три И ты говоришь — горжусь тобой, Полозкова! И — нет, ничего не дергаётся внутри. Давай чтоб вернули мне озорство и прыть, Забрали бы всю сутулость и мягкотелость И чтобы меня совсем перестало крыть И больше писать стихов тебе не хотелось; Чтоб я не рыдала каждый припев, сипя, Как крашеная певичка из ресторана.

Как славно, что ты сидишь сейчас у экрана И думаешь,.

Стихи Веры Полозковой разных лет

Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически; его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество. Он немножко нездешний; взор у него сапфировый, как у Уайльда в той сказке; высокопарна речь его; его тянет снимать на пленку, фотографировать — ну, бессмертить, увековечивать. Он ничейный и всехний — эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания.

Она жжет в себе эту детскую, эту блядскую жажду полного обладания, и ревнует — безосновательно, но отчаянно.

Вера Полозкова, Александр Тимофеевский, Виктор Ерофеев, Авдотья .. У моего сына сейчас девочка, и у меня нет никой ревности.

Он не любит ее, наверное, с января еще — но томим виноватой нежностью старшеклассника. Он проводит ее, поможет ей чемодан нести; она стиснет его в объятиях, уезжая. И какая-то проводница или уборщица, посмотрев, как она застыла женою Лота — остановится, тихо хмыкнет, устало сморщится — и до вечера будет маяться отчего-то. Если вы нали ошибку в тексте, вы можете ее исправить.

Текст песни Вера Полозкова - С ним ужасно легко хохочется ( перевод, , слова)

Ночь сентября года. Меня в игру-то взяли еще двух лет не прошло, я новичок еще, дилетант, едва осваиваю техники и ходы - но уже неотвязный привкус повтора, неверия, предсказуемости исхода. Как тетки в пятьдесят лет заводят восемьдесят седьмой по счету роман? Какие помещения арендуют, чтоб не таскать в себе эти тонны расставаний?.. Я дурак и нелепый, неуместный моногам, мне непостижим азарт плодить мертворожденные иллюзии, раз за разом, не снижая темпа, просто ради процесса.

Вера Полозкова «Непоэмание» — история Yablochko И ты чувствуешь ревность, что она не только твоя. Прижимаешь к груди.

С ним ужасно легко хохочется, говорится, пьется, дразнится; в нем мужчина не обретен еще; она смотрит ему в ресницы — почти тигрица, обнимающая детеныша. Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически; его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество. Он немножко нездешний; взор у него сапфировый, как у Уайльда в той сказке; высокопарна речь его; его тянет снимать на пленку, фотографировать — ну, бессмертить, увековечивать.

Он ничейный и всехний — эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания. Она жжет в себе эту детскую, эту блядскую жажду полного обладания, и ревнует — безосновательно, но отчаянно. Даже больше, осознавая свое бесправие. Они вместе идут; окраина; одичание; тишина, жаркий летний полдень, ворчанье гравия. Она что-то ему читает, чуть-чуть манерничая; солнце мажет сгущенкой бликов два их овала.

Она всхлипывает — прости, что-то перенервничала. Я ждала тебя, говорит, я знала же, как ты выглядишь, как смеешься, как прядь отбрасываешь со лба; у меня до тебя все что ни любовь — то выкидыш, я уж думала — все, не выношу, несудьба. Зачинаю — а через месяц проснусь и вою — изнутри хлещет будто черный горячий йод. А вот тут, гляди, — родилось живое.

Полозкова, Вера Николаевна

Все имеет, как правило, простые и прозаические причины, никакого Провидения, и, что самое, пожалуй, непереносимое — все не имеет никаких настоящих Финалов — ни трагических, ни счастливых, никаких, кончается скомканно и бесславно, или просто глупо, или перетекает во что-то другое; с этим труднее всего смириться, у нас в школе любили спрашивать про Главную Мысль Произведения — Лиза, если у произведения есть Главная Мысль, это ужасная хуйня, а не произведение.

Все должно кончаться как-то по-дурацки, или недоумением, или странно — тогда будет как в жизни; никаких хэппи-эндов, никаких десяти трупов, все это беллетристика, Лиза. Прежде всего, ничего не кончается, пока не умер, да и потом, мне кажется, много всего интересного. И еще — нет никакого конечного Счастья и Благоденствия. Лиза, это самое ужасное. Но ничего не происходит Крышесносящего, Лиза, а мы ж не можем без этого.

Роберт Рождественский Стих ревность читать текст онлайн: Игру нашли смешную, и не проходит дня — ревнуешь, ревнуешь, ревнуешь ты меня.

Господь слепил меня из воска На горле у меня полоска И я буду жить, я буду Беспечной куколкой вуду Когда в мое сердце входит игла В чьих-то глазах наступает мгла Когда мне под веки вгоняют спицы Кому-то еще на земле не спится Когда меня дергают за язык В чужой гортани рождается крик Так некстати вернулась боль, и теперь я кругом вижу багровые хризантемы с чернильными листьями, они дарят мне ночь среди бела дня. Час от часу взрываюсь слезами - горе-то какое! Наверное, все мы - куколки вуду, разный воск лили в ту же посуду, и вот теперь хризантемы повсюду, они от меня застилают небо; боль вместо воды мне и вместо хлеба, боль на завтрак, боль на обед и ужас, чур меня, нет.

Я маленький голем в рваных колготах, слова мои в глотке пенятся рвотой, застревают битыми кирпичами, я разговариваю ночами, кто бы только за мной записывал. Утром, очнувшись, глазами кислыми глажу-ласкаю-белю потолок, силюсь припомнить хотя бы слог, выковырять хоть один осколок. Голод мой колок, как горсть иголок, но боль на завтрак, обед, и полог багровый из хризантем: Воском, смолою челюсти склею - дочка, я просто тебя жалею - а я согласна, Отец небесный, хоть это больно, но это честно - да, это честно, но это рано, рыба моя, раба моя Анна, тебе - анафема, мне - осанна, ведь ты согласна?

ревность от Олега Виторова!!!

Как-то так и было. Хотя это о жизни девушки. Катя - Вера Полозкова Наташа Лебедева: В пятницу вечером Катя приходит в паб и садится на барный стул.

На тех, кто дикой ревностью простужен, На тех, кто без ума в Давай позовем ревность. Она близкая .. Вера Полозкова Слушать, не.

Вся природа ж у них — дрянная. Шансы выбиться к небожителям? Глаза у него фисташковые С ним ужасно легко хохочется, говорится, пьется, дразнится; в нем мужчина не обретен еще; она смотрит ему в ресницы — почти тигрица, обнимающая детеныша. Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически; его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество. Он немножко нездешний; взор у него сапфировый, как у Уайльда в той сказке; высокопарна речь его; его тянет снимать на пленку, фотографировать — ну, бессмертить, увековечивать.

Он ничейный и всехний — эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания. Она жжет в себе эту детскую, эту блядскую жажду полного обладания, и ревнует — безосновательно, но отчаянно. Даже больше, осознавая свое бесправие. Они вместе идут; окраина; одичание; тишина, жаркий летний полдень, ворчанье гравия. Она что-то ему читает, чуть-чуть манерничая; солнце мажет сгущенкой бликов два их овала. Она всхлипывает — прости, что-то перенервничала.

поэт Вера Полозкова

Ночь с 13 на 14 октября года. Губы плавя в такой ухмылке, Что на зависть и королю, Он наколет на кончик вилки Мое трепетное"люблю". И с лукавством в медовом взоре Вкус божественным наречет. И графу о моем позоре Ему тоже запишут в счет.

возвращенья – как рецидив. - Вера Николаевна Полозкова. „ревность ни к чему хорошему не приведет. Если вы любите человека, научитесь.

Не целуй меня в глаза, Ты же знаешь - ведь это к расставанью! Я не знаю, что сказать. Словно сил во мне на одно дыханье! Что ты выберешь сейчас - Станешь ли моим на целый час Или убьёшь молчаньем? Нож я подарю тебе - ты выиграл пари! Ты так хотел побед - так забирай свой приз! Нож я подарю тебе - ты выиграл, бери. Теперь он вечно будет у тебя внутри, И ты поймёшь Поселилась в душу мне ревность серая и сидит занозой.

Глаза у него фисташковые

С ним ужасно легко хохочется, говорится, пьется, дразнится; в нем мужчина не обретен еще; она смотрит ему в ресницы — почти тигрица, обнимающая детеныша. Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически; его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество. Он немножко нездешний; взор у него сапфировый, как у Уайльда в той сказке; высокопарна речь его; его тянет снимать на пленку, фотографировать — ну, бессмертить, увековечивать.

Он ничейный и всехний — эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания.

«Афиша» поговорила с Полозковой о Бродском, гражданственности и . И естественно, эта крутизна всегда вызывает ревность твою.

Я хочу быть такой свободной, Чтобы не оставлять следов. Наблюдая, как чем-то броским Мажет выпуклый глаз заря, Я хочу быть немного Бродским — Ни единого слова зря. И стало быть — Вы приехали в Симеиз. Сумасшествием дышит ветер — Честно, в городе карантин: Здесь, наверное, каждый третий — Из Кустурицевых картин. Всяк разморен и позитивен. Джа здесь смотрит из каждых глаз — По полтиннику мятых гривен Стоит правильный ганджубас. Улыбаются; в драных тапках Покоряют отвесный склон.

И девицы в цветастых шапках Стонут что-то про Бабилон.

Posted on